galina_vr (galina_vr) wrote,
galina_vr
galina_vr

Поклонница Иличевского


У нас на курсах литераторов есть одна девушка, МТА, недавняя выпускница Академии художеств. Большинство опусов, выставляемых ею на обсуждение, написаны в экспериментально-непонятном  духе. Однако курсисты в пух и прах разносят ее «рассказы» (замечу, что не только ей, всем достается), но ей особенно, потому  что ее рассказы почти ни о чем не рассказывают, а представляют некоторые полунамеки и набор красочных пятен, она ведь художница.  И вот девушка после очередного ее разбора в начале осени разобиделась на всех нас, доморощенных критиков, и  приняла решение, никого больше не слушать, не ломать себя, а писать как пишется. И с таким настроением  выставила вчера на обсуждение  новый текст, всего на страничку:

"

Рушась параболическим зрением за горизонт, я бесконечно лежу – и, понемногу опускаясь, непоправимо ощущая над собой погребальную гору воздуха, замечаю беспомощно, что в жару кажимость, стекая с оплавленной зноем реальности, затапливает к вечеру зрение. Что, наступая с моря, вечер отдавливает духоту, как мигрень, от висков к затылку. Что пасть зноя-зверя, который намеревался проглотить небосвод, словно ламповую колбу, подалась накалом горнила вспять и сомкнулась губным порезом на горизонте. Что, размывая контуры крыш, фасадов, оград, веранд, балконов, спасительно увлажняя готовые вспыхнуть сады (так остужает ссадину наслюнявленный лист подорожника), обволакивая глаз смягченной резкостью зренья, струи вечера – протягиваясь бризом, роясь сквозняками в проулках – снимают внимательный слепок с раскаленных камней.
Звон цикад начинает волнами покачивать дыхание ночи.

Густой воздух становится упруг и податлив сладостным чувствам. В переливчатой осыпи уличных огней, колеблемых и тасуемых по зыбкой в мареве панораме, загорается где-то оконный маяк немыслимого гарема. Влекущей звездой он дрожит на краю наития. Расходясь от таинственного окна, огромные кольца счастья несут свой центр через солнечное сплетенье, наполняя его, как фокус, цветочной тревожной тягой южной любовной тоски.
Неизбывная духота объяла Южный берег тучными меховыми объятиями, словно прозрачное чудовище свою любовную жертву. Полный штиль покорил море медленно мерцающим зеркалом. Повальная недвижность чумой полонила поселок. Любое шевеление отзывалось сердечным помутнением, и тело, словно напитанная губка при нажиме, обливалось истомой. Рука, потянувшись за предметом, трудно проходила сквозь горячий тинистый воздух и застывала на полдороге, удивившись обмороку мышц. Единственными живыми существами вокруг оставались кусачие мухи. Их подвижность была невыносима – нельзя было ни понять, ни согнать, ни сгинуть от их поползновений. Так подвижны черти-служки в аду.

Пульс разносил черепную коробку бомбежкой, самолетики рассыпались, снутри разбегаясь мурашками по небосводу кожи, и, сипло всасывая воздух, я прядал из дремоты, взметываясь на постели, как из моря – по пояс – после глубокого нырка, перейдя предел задыхания.
Дети и мамы отовсюду спускались по переулкам к школе. Ранцы подпрыгивали. Белые отложные воротнички, прямые спинки, отутюженные брючки, пышные банты, кружева воротников, глянец туфель – и тупое усилие на лице мальчишки, потянувшего мать за руку с быстрого шага, оглядываясь на рыжую – потягивающуюся на солнечном парапете – кошку: выражение, скрадывающее одновременно интерес, скуку, напряженное воспоминание о школьном мире".

 
Однако 

этот текст группа категорически отказалась обсуждать, не найдя в нем смысла. И преподаватель заметил, что если это составная часть произведения, то куда ни шло, надо смотреть все. Но отдельным текстом -  это просто эксперимент. Я вставила и свои пять копеек, сказав, что это текст, написанный автором «для себя», а не для читателя.



Тогда, девушка, торжествуя, усмехнулась и  объявила, что это текст не ее, а Александра Иличевского, лауреата премий  Букера и Большой книги. Но никто себя в группе посрамленным не чувствовал, что не узнал и не знал этого текста и автора, потому что у нас ведь не  КВН по изысканным закоулкам больного сознания, а писательский семинар.


Дома я  посмотрела в интернете отзывы рядовых читателей на его книги вообще. Вот характерный:
Бред
Не зацепило! Может, я чего-то не понимаю, но "бунинского письма" здесь нет точно. Мерзкие сценки в снах героя... зачем? Язык очень тяжелый, весь на метафороах... Впечатление такое, что нынче чем сложнее напишешь, тем скорее тебя похвалят. Больше в руки не возьму этого автора!
Ксения Коткас, Россия"

 
Кто хочет, может посмотреть на модного автора  «головной» прозы (его определение) и послушать его  интервью из Школы Злословия.

Tags: курсы литераторов, литпроцесс, проза
Subscribe
promo galina_vr may 18, 2013 21:56 7
Buy for 50 tokens
Можно ставить любые материалы, исключая записи "только для взрослых".
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 98 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →